«Свиток жизни»

Странник


Часть первая


«Где я? Не понимаю! Вечером болела голова, таблетку пить не стал. Решил, лечь в постель… и лег! Только выспаться хотел… Выспаться! Неужели я умер? Нет, нет, только не я!» Мужчина очень хотел заплакать, но слез не было. С силой тер глаза, пытаясь выдавить слезу, но - ни боли, ни слез. Со всех сторон его окружал темно-фиолетовый туман - настолько плотный, что попытка рассмотреть свои ноги, не увенчалась успехом. Он вытянул перед собой руки, но пальцы, исчезли в липкой массе. Мужчина, как ни странно ощущал себя целым и невредимым.

Вдруг, кто-то наткнулся на него. «Куда прешь!?» - Чуть не закричал возмущенно. Но увидев, чужое лицо, черты которого были резкими и зловещими, будто кто-то, подсветил снизу фонариком, и на мгновение показалось поистине дьявольски, промолчал. В глазах незнакомца, было все: страх, отчаянье и покорная безнадега. Плотный туман, сам по себе был вечной скорбью и глубоким сострадание

м.

Словно ни откуда, перед ним, появлялись люди. Всякие: старые, молодые, женщины, мужчины и дети. Часто поодиночке, но бывали и компании. Отчего-то, вспомнил метрополитен. Там люди входили нескончаемым потоком, спускались и исчезали. Здесь, также: появились и куда-то уплывали в липкой темноте. Но уже не по своим делам и не по своей воле.

Воспоминание отозвалось болью, и мужчина снова запричитал.

«Как же так? – подумал мужчина. – Как же так? Меня нет, а метро работает! Трамваи шумят, птицы поют, и солнце светит…. Меня нет, а все живет! Не честно! Подло! Я никогда не думал о том, что когда я уйду, миру будет все равно! Я как песчинка, которая просочилась сквозь пальцы. – Мужчина посмотрел на свои руки. - Я знал, что люди рождаются и умирают. Но, применял это к другим. Кто-то, там, но не я. Казалось, что эта бесконечная очередь, меня не затронет. Жить буду долго, и, конечно до глубокой старости, когда мозги зачерствеют, и моим единственным занятием будет - точкосмотрение. Перестав соображать и потеряв всякую ориентацию, как внешнюю, так и внутреннюю – вот тогда я был согласен уйти! Немощным, не соображавшим! А сейчас? Мне лишь чуточку за пятьдесят! Сколько дел, сколько водки, сколько радости и чужих баб! У-у-у! Господи! Верни меня обратно! – Он, привычно почесал себя за ухом, но приятного озноба не почувствовал. – Всю жизнь я искал счастье, и не знал, что жизнь и была счастьем! Счастьем мгновенным, полным, восхитительным! Вот уж, точно в народе говорят: «Что имеем - не храним, потерявши – плачем!». Так, стоп! А может это всего лишь сон? Ну, сплю я! Крепко. И эта чертовщина мне снится? Ну, конечно! Совсем крыша съехала, и шарики за ролики заехали! Сон! Срочно нужно проснуться, а то еще немного такой хренотени и мозгами поеду!»

Мужчина сорвался с места, резко взмахнул руками, и устремился вверх. Память его не подвела, он всей своей сущностью вспомнил, как не раз поднимался со дна моря, как устремленный взгляд под толщей воды, ждал появление очертания солнца. В этот раз, солнечные блики, что-то долго не появлялись, а темно- фиолетовая бездна, по-прежнему окружала со всех сторон. Усталости не чувствовал, что вселяло, хоть маленькую, но надежду. Встречные люди резко расступались перед ним, давая дорогу, и провожали унылыми взглядами.

«Не верят, что я выберусь, - пронеслась мысль. – Ха! Смелость – города берет!» И продолжал подниматься.

Просвет появился, как-то неожиданно. Вернее сказать, появился тогда, когда и надежда и вера давно перестали быть союзниками. Впрочем, все в мире так и происходит! Казалось, уже ничего не ждешь, не веришь ни во что, напрочь, изгоняешь засевшую и зудящую мечту, а она вдруг, берет и сбывается, являя собой чудо или сказку.

Бесшумно мужчина появился на границе другого цвета. На темную пелену, словно пирог, без границы или выделенной черты, нависал прозрачный бирюзовый туман. С первого взгляда, стало понятно, что мужчина оказался в ином мире. В ином, но не в своем, таком привычном и энергичном.

Впереди, располагалась небольшая возвышенность, а за ней открылась потрясающая панорама. Дальше – были горы. Горизонтальные гранитовые пласты, были уложены друг на друга по ранжиру - от большего, к меньшему. И цвет: от темно – бирюзового, к светлому. Вершины гор, терялись, где-то в вышине, и угадать истинную высоту, не представлялось возможным. Сразу вспомнил отдых в прекрасной и веселой Гагре, и пляж, где он с семьей любил загорать. С одной стороны - море, а с другой – гора, где вечно зеленые сосны в соседстве с другими южными деревьями, образовывали зеленый покров и уходили в небо. Отчего, лежа на теплой гальке и задрав голову вверх, всегда казалось, что границы между лесом и небом не существует.

— Эй, странник, ты чего без очереди влез? – неожиданно прозвучал голос. Мужчина вздрогнул, но увидев перед собой молодого человека, улыбнулся.

— Хм, еще и улыбается! – продолжил юнец. – Верно, привычка открывать все двери ногой, еще не исчезла?

— Здравствуйте! – Еле сдерживая восторг, сказал мужчина.

— Слово «здравствуйте», здесь не приемлемо, странник! В этом мире никто не здравствует! Тут, всякий входящий, предается раскаиванию!

«Мне все равно, - подумал он. – Узнать бы, где я и почему?»

— Обманываешь, странник, – словно прочитав его мысли, глубоко вздохнув, сказал юноша. – Тебе, не все равно!

— Вы правы, - выговорил мужчина с плохо скрываемым раздражением. - Почему, вы меня называете «странником»? Я что, путешествую?

— Да, перед тобой путешествие в вечность, но называю я тебя так от того, что ты ведешь себя странно.

— Это как? – Раздражение - сменило удивление.

— Посмотри туда, - юноша указал рукой в сторону. – Видишь, там … лифт? Кстати, это вы его так называете. Ну, увидел?

Мужчина повернул голову и увидел, как множество прозрачных капсул непрерывно появлялись над бирюзовой гладью. Издали, они и, правда, напоминали лифты, с той только разницей, что доставляя людей, они не опускались вниз, а словно мыльные пузыри лопались, выбрасывая из своего нутра очередного человека. Тут же, их встречали люди в белых одеждах и немедля указывали дальнейшее направление.

— Да, - наконец ответил. – Этих людей, как будто через сито пропускают!

— Похоже, - ухмыльнулся юноша. – Но, у каждого, вновь прибывшего, своя стезя к ответу.

— Не понял.

— Там за горами, бесконечные очереди из людских душ. – Юноша указал, куда-то вдаль. – Там, своего рода, вселенская исповедальня! Кто как жил, грешил, любил, или лишал другого жизни! Ни один человеческий поступок не скрыть!

— Бред, - зло отчеканил мужчина. – Кому какое дело как я жил? Многое пришлось пережить! И радости, и горя! Меня предавали - я предавал! Обманывали? И я обманывал!

— О–о–о! Грех! – Закачал головой юноша.

— Да по фигу мне! – не унимался мужчина. – Я вторую щеку никогда не подставлял! Так и убить могут! Признаю, совершал плохие поступки, но об этом никто не знает!

Юноша рассмеялся.

— Ох, уморил! – Успокоившись, добавил. – Хорошо, раз ты у нас странник, и пока тебя не хватились, так и быть покажу кое - что. Признаюсь, я лет двести ни с кем не общался!

— Ничего себе! – Мужчина, наконец, обратил внимание на юношу. Под белым балахоном угадывалось что-то субтильное и неказистое. На худой шее, словно «отдельное государство» торчала большая голова с необычной прической.

Словно парикмахер был с большого бодуна и остриг сего отрока под «котелок», бессовестно сняв волосы снизу, и лишь на макушке оставил рассадник жидкой поросли.

— Ну и прическа! – Не было мочи молчать. – Так ты тут давно?

— Поземному, где-то лет так, двести, а может и больше… раньше вел счет, а потом успокоился. Не благодарное занятие: считать вечность! – Добродушно ответил юноша. Улыбнулся и добавил. – Ты у меня второй лазутчик. Первым был какой-то военный. Росточком, Бог обидел, зато гонору выше каланчи. Все кричал: «Я весь мир завоевал!» Сдал я его и не жалею.

— Кому сдал? – Опешил мужчина.

— Хм, да тем, кто у лифта – «направляющим». Хотел, не скрою, с ним погутарить о том, о сем. Да где там? Устроил здесь балаган заезжего артиста. А вот ты молодец, и почти… без апломба.

— Ну и словечки у тебя! – Заключил мужчина. – Мешанина!

— Пожалуй ты прав, - не стал спорить юноша. – За сколько лет нахватался всего! Каждое поколение придумывает новые словесные выкрутасы, а мы должны их понимать.

— Мы, это кто?

— Мы – архивариусы!

— Бог мой, у вас и архив есть?

— И не один! Не парься, иди за мной. Тут рядом. - Юноша, неопределенно указал рукой в противоположную сторону от лифтов и без спешки стал подымать на возвышенность.

Только сейчас, мужчина заметил, что бирюзовая пелена скрывала его ноги, но те определенно просматривались. С опаской, сделал пару шагов и оказался на более плотной поверхности. «Берег, - догадался он. – Выходит я выплыл из нижней части. – Поднял голову к верху. – Неужели и там что-то есть? Как пирог, честное слово!»

Мужчина торопливо зашагал следом. Юный архивариус ждал его на пригорке.

— Это мой мир! – сказал восхищенно юноша, когда мужчина поравнялся с ним. – Знаю: есть другие миры, но я там не был. Как и ты, я сразу попал в темный. Все проходят через него! Ни один человек, никогда не минул его.

Скажу больше: есть люди, что находятся там веками!

— Почему?

— Греха на их душах столько, что Высшие сановники никак не решат, как их наказать. Вот и маются там! А по-мне, так это и есть, самое, что ни на есть, наказание.

— Наказание? – Оторопел мужчина. – За жизнь?

— За грехи! На Земле, да без присмотра – всякая пакость одолевает нежную душу!

— Ясно, безработицы у вас никогда не будет, – заключил мужчина.

Юноша лишь махнул рукой и продолжил путь.

Со всех сторон их окружали папоротники темно-бирюзового цвета. Листья, хоть и были большими, но чрезвычайно мягкими и не цепляли путников. Кое-где лежала роса, являя собой граненый алмаз и сверкая всеми цветами радуги. Воздух был полон свежестью и цветочного аромата. Тропинка, тоненькой змейкой поднималась на пригорок. Очутившись на самом верху, мужчина замер. Перед ним лежала равнина, которую разделяла широкая река. По обе стороны росли небольшие деревья и странная зонтичная трава. Абсолютно все имело тот же бирюзовый цвет, но с разными оттенками, от чего казалось, что он в своем мире. Только, горе - художник перепутал краски.

Всюду находились люди. Большая их часть, стояла в нескольких очередях и, склонив головы, пребывала в раздумьях. Некоторые о чем-то спорили, неудержимо размахивая руками, но были и такие, кто стоял одиноко - сложив, перед собой ладони, безудержно молились.

— Люди..., - указал мужчина вниз.

Юноша чуть притормозил и обернулся.

— У тебя будет возможность с ними пообщаться, - тихо сказал. – Пойдем.

Мужчина торопливо зашагал следом.

Дорога, круто поднималась вверх, на гору. Потом, сделала крутой вираж, как бы обходя ту стороной и наконец, привела путников на ровную террасу.

— Мы пришли, - бодро оповестил юноша.

— О! – воскликнул странник, увидев впереди белое здание. – У вас и дома есть!?

Одноэтажный дом с большими колоннами возвышался у подножья горы и был ее продолжением, одним целым. «Как у нас!» - подумал мужчина. С той только разницей, что ни дверей, ни окон в нем не было. Входная дверь определялась арочным сводом, окна – аркой поменьше.

— Заходи, - подтолкнул его юноша.

Помещение, оказалось просторным и высоким. Осматривая его, у мужчины возникло подозрение, что внутренняя часть не соответствует, внешней. «Показалось» - решил он.

— Нет, не показалось, - гордо объявил юноша. – Так и есть. С наружи, как обычный дом, а внутри – хоромы!

Мужчина никак не отреагировал на хвастовство юного отрока. Его внимание привлек необычный пульт с большим экраном, в середине зала.

— Компьютер… на том свете… – мужчина, выпучив глаза, замотал головой. – Бред!

— Обижаешь, … смотри сюда.

Юноша торопливо подошел к пульту и нажал на кнопку. Одна стена, бесшумно отошла в сторону, являя на свет огромный зал. Там, от пола до потолка, располагалось множество полок, на которых аккуратно лежали свитки. В окна проникал яркий свет, отчего те светились и искрились, словно звезды в ночном небе.

— Что это?

— Хранилище. А это свитки жизни, каждого живущего на Земле.

— Неужели каждого?

— Представь себе! – Юноша нажал на следующую кнопку, и распахнулась вторая дверь, в другой зал, являя собой зеркальное отображение первого.

Мужчина, удивленно переводил взгляд от одного помещения, к другому.

— Увидел разницу? – спросил юноша, наблюдая за реакцией странника.

— Ну…, - протянул тот. – Эти искрятся, а те… по-моему, потухли.

— Расторопный малый! – удовлетворенно качнул головой отрок. – Ты прав! В первом зале хранятся свитки еще живых людей, а во втором, - ушедших в мир иной, но еще не представших перед Судом Божьим.

— Наказание, – ухмыльнулся мужчина. – Как без него?!

— Можешь иронизировать, сколько душе угодно! Но когда человек перемещается в вечность, по этим свиткам Высшие сановники, могут судить о нем. В них - добрые дела и дрянные. В них – любовь, забота и желания. А чего я за зря распинаюсь? Возьмем, к примеру, тебя!

— Меня?

— Конечно, твой свиток, твоей жизни! – Только и сказал юноша, как быстро его пальцы пришли в движение.

По-волшебству, не иначе, во втором зале неслышно заработала транспортирная лента. Кто-то, невидимый бросил белый свиток на ленту.

— Сейчас, поглядим, чем ты занимался всю свою сознательную жизнь? – ехидно улыбнулся архивариус, разворачивая свиток. – И так….

— Вот я лузер! – Стукнул себя по лбу мужчина, но боли не почувствовал. – Меня разводят, как последнего, а я уши развесил! Какой свиток!? Дурдом по мне плачет!

Юноша протянул свиток.

— Прочти сам.

— И прикасаться не буду, - капризно ответил, рассматривая свиток вблизи.

То, что это была не привычная бумага – сообразил мгновенно. Да и откуда она здесь? Очень напоминало мягкую белую ткань или спрессованную вату. Края свитка являли собой неоднородную структуру: чем ближе к краю, тем больше просвет. Но при этом, держала форму и на вид, казалась упругой.

— Мой свиток не светится, - в его голосе появился страх пополам с обреченностью.

— Ты же переместился.

— Слово то, какое придумали…

— За то приятно для ушей, - заметил юноша.

Дождался! Теперь, не важно, как назвать то, что с ним произошло. Переместился, ушел, вышел, канул – бог с ними, со словами. От самого рождения, твердо чеканя шаг по дороге жизни, он двигался лишь в одном направлении. И достиг. Не вопрос, не ответ, а простая констатация факта – его нет!

— Не кисни! Скоро побываешь на своих похоронах, всех увидишь, попрощаешься. – Подбодрил юноша. Неоспоримым было то, что он читал чужие мысли. Сейчас, он единственный, который его понимал и жалел. - Всем интересно, как и что о нем говорят. Кто безутешен, а кому все равно.

— Велика радость!

— Не скажи! – Запротестовал архивариус. – Порой от услышанного, люди перестают жалеть о прожитой жизни.

— Были и такие?

— Конечно!

— И что потом?

— Встреча с давно почившими родственниками. Нет, это я - впереди паровоза…. Сразу, ну, после прощания, до девятого дня, будешь путешествовать по миру. Где был, куда хотел – все для тебя! Правда, при условии, что родственники оставят тебе денег.

— Зачем, деньги на том свете?

— Что - бы платить «перевозчикам», - серьезным тоном ответил юноша. – Не беспокойся, сейчас в гроб кладут, что попало.

— Надеюсь.

— А потом, начнется самое интересное! - Глаза юноши, причудливо забегали. – Ты узнаешь обо всем! Получишь ответы на все вопросы! И главное - узнаешь дальнейшие судьбы своих родных. Правда, не сможешь этими знаниями воспользоваться, не подскажешь близким. Разве, что через сон? Но, как показывает практика, люди, в основной своей массе, не верят в сны! А зря!

— Шикарная перспектива! – не скрывая иронии, сказал странник. – А, как же – наказания?

— Наказания? – Юноша чуточку задумался. – Ах, забыл! Не поверишь, как двести лет назад, а может и больше, меня стукнули на тракте обухом по башке, так, иногда, амнезия случается! И так, был не большого ума, а тут такая оказия – шлеп по макитре и нет мозгов!

— Тебя… убили?

— Угу, убиенный. Сам виноват. – Спокойно ответил юноша. – Разбогатеть хотел, женится.., батрачил на одного, паскудима. Злющий был, аки пес! Однажды, Федул…, ну беглый каторжник из нашей деревни, предложил напасть на этого змея. Как раз с торгу возвращался окаянный. Засели, стало быть, мы в лесу, поди, возле самого шляха, да и соснули от переживаний. Не ведая, что еще одни гайменники удумали такое же злодейство. Приперлись те, а мы в яру, с оглоблями в обнимку, храпим и в ус не дуем! Вот нас там и порешили! Разбогател … держи карман шире!

Странника удивило, как спокойно, без малейшей грусти, юный отрок поведал о своей судьбе.

— Да, - протянул он, вкладывая в голос нотки сочувствия. – Не повезло тебе…

— Сам виноват, - ответил тот. – Тогда я не знал, что на каждое плохое деяние, обязательно получишь ответ.

— От кого?

— От Вселенского Разума, странник!

— О! Тысячу раз слышал об этом! Мол, кто-то, там, на небе, следит за нами, за нашими поступками и если нас не настегает кара земная, то обязательно настигнет кара небесная! Так?

— Так, - согласился юноша. – Все так! Только, знаешь, почему я тут служу, а не парю, аки ангел по вселенским просторам?

— Наказание, что ли?

— Да. Те люди, которые грешили, на века зачисляются в слуги. И поверь мне, хорошего здесь мало! – Юноша вздохнул и продолжил. – Мы понятия не имели, что земная жизнь дана человечеству в свободной форме. Только от нас зависело, как жить, что делать. Но все идут путем материальным: деньги, власть.

— Значит - жизнь удалась!

— Ой, ли? – ухмыльнулся отрок и развернул, наконец, свиток. Пробежав, быстро глазами сказал:

— С первого взгляда, как-будто все идеально!

— Еще бы! – Взбодрился мужчина. – Сына вырастил, дом построил и деревья посадил.

— Ограниченная философия! – Осадил его юноша и, не отрывая взгляда от свитка, пробубнил. – Ясно! Жил без присутствия души!

— Чего?

— Чего, чего… смотри сюда, - вновь, указал на свиток. – К примеру.… Вот! Ты женился!

— Ну!

— Женился ты, не любя! Упс! Тестюшка то, деляга и хапуга, а ты, парень из рабочей семьи. Жили, как все: от зарплаты до зарплаты.

— Да.

— Но любил ты другую девушку, – заключил отрок и тут же, строго спросил. – По-расчету … брак?

— Угу, - утвердительно качнул головой странник и раздраженно добавил. – Расстались мирно, даже пощечину не влепила!

—Сам придумал или кто-то подсказал? – не скрывая иронии, спросил юноша.

Конечно, сам! Он часто в мыслях, обращался к ней: «Почему не удержала?» Не рыдала и не билась головой об стенку, молча, выслушала, и ушла. Навсегда ушла из его жизни! Потом, он часто расспрашивал общих знакомых, о ее судьбе.

Знал, что замужем, есть сын и живет в достатке. Но, никогда не верил в то, что она счастлива без него.

Юный отрок, бессовестно прервал его воспоминания.

— Оттого, все годы, маялась твоя душа!

Мужчина угрюмо молчал. Он понимал, что юноша не злорадствовал и не радовался, а лишь напоминал о его ошибках. Отчасти заступался и оправдывал, если это возможно.

— Человеку, свыше, были даны два дара - разум и душа. – Продолжил благосклонно юноша. - Разум, что бы созидать, а душа, что бы жить. К сожалению, люди все переиначили. Живут по уму! О душе вспоминают, когда настегает беда. Не вы рыдаете, а душа ваша плачет! А твои современники, странник, вообще о душе не вспоминают. – Юноша, не много подумав, добавил. – Я не прав! Вспоминают, когда заходят в церковь и просят об исполнении желаний!

— Бывает, - тихо заверил мужчина.

— А чем желание отличается от мечты, знаешь?

— Есть разница?

— Большая! – Воодушевился юноша. – Желание это, когда ты сам, применяешь к своему «хочу», какие- либо действия. Мечта – тоже желание, о котором, ты лишь думаешь, ничего не предпринимая. Или, возлагаешь осуществление на других. Как в сказке, появился добрый дядя, и взмахнул волшебной палочкой! Сбылась мечта! А ты, как лежал на диване, так и лежишь,… прости, утрирую, но где-то так….

— Возможно, - кивнул мужчина, не то соглашаясь, не то успокаивая того.

— Отсюда вывод: желание – действие, мечта – бездействие, - крайне резко заключил юноша. Похоже, легкое мужское безразличие задело его, но тот выглядел испуганным и несчастным. - Ладно, идем дальше. – И погрузился в чтение свитка.

Мужчина, глубоко вздохнул и искоса посмотрел на архивариуса, словно бы проверяя, стоит ли ему доверять. «Тьфу! Похоже, лопухнулся я и на том свете!»

Неожиданно, юный отрок, поднял на него глаза.

— Скажи, а чем вам не угодил лопух? Хорошее растение, право же!

— Листья большие, - невпопад ответил мужчина.

— И чего? – опешил юноша.

— А толку мало! Бурьян…

— Не скажи, - отрок хотел, что-то добавить, но передумал. – Ладно, оставим лопух в покое.… Но мне нравятся современные обороты! Смешно и без злобы! – Протянул свиток мужчине. – Смотри сам, а то у тебя крыша едет не спеша.… Как там дальше…

— … тихо шифером шурша, - добавил мужчина, протягивая руки.

— Великолепно! Правда, я ни понимаю, как и куда она едет…. Но мне нравиться!

Теперь, когда свиток находился в его руках - почувствовал уверенность и ясность всего происходящего. На ощупь свиток походил на ворсистую ткань, где строки, переплетаясь, утопали в ней.

— Похоже на вязание …, - не преминул высказаться мужчина.

— Ты прав, - ответил юноша. – Слышал высказывания: «нити судьбы»?

— Неужели, это о свитках?

— О них! – юноша утвердительно качнул головой и заглянул, через его плечо. – Вернемся к твоей душе! В ответ, мужчина выпрямил спину, вздернул подбородок, демонстрируя отроку свое нежелание читать вместе.

— Подумаешь, - как можно безразлично сказал юноша и сделал шаг в сторону.

Странник никак не отреагировал. Больше всего, его интересовали собственные поступки, связанные с душой.

Через некоторое время, довольный и радостный провозгласил.

— Нашел!

— Ба! – с наигранным удивлением, захлопал в ладоши отрок. – Свершилось чудо! Но как? – Он верил и не верил одновременно.

— Шут гороховый! – без злобы произнес странник. - В Ялте! Это город на берегу Черного моря и …

— Знаю! – перебил юноша. – Продолжай.

— Мы… мы отдыхали, - еле договорил и зажмурился.

Он, со своей семьей находился на ялтинской набережной, в ожидании посадки на круизный лайнер. Чувство собственной исключительности, казалось, подымало его над всеми стоящими и молча завидовавшими людьми. Еще бы! Он достал билеты на этот белый пароход! И не важно, что отвесил тройную цену, ах, не в деньгах счастье. Главное – так хотел он, так хотела жена! Воображение предлагало праздник, веселье, ресторан – все то, что можно иметь за рубли. Не реально хотелось петь! Вот так, запросто и во все горло заорать: «Да, я такой! Да, я упрямый! Я…ля-ля и ля-ля!» Вообще-то, по тексту было: «… Труффальдино из Бергамо!», но его имя и название города, где он жил, звучало не в рифму, отчего, бессовестно заменил их легкомысленным – «ля - ля».

— Алло, гараж, - нагло прервал его видения, отрок. – Так и до ресторанного меню дойдешь, а мне вникать в твои гастрономические изыски, не слишком хочется.

— Вот же, всю малину … и не дал окунуться в сытое прошлое…

— Поверь, тебе надоест окунаться и в прошлое и в будущее, - не слишком любезно, сказал отрок. – Ответь, почему ты не вернулся обратно, этим же пароходом?

— Что-то здесь, - мужчина положил руку в область груди. – Ныло и болело…. плохо было на душе.

— О! На душе! Ты прислушался к ней! И это спасло тебя и твою семью! Разум говорил тебе обратное: надо плыть, еще целая неделя отдыха. Не послушал!

— Повезло!

— Не спорю! Только, я так тебе скажу - люди отучились слушать душу! Почти всегда при споре разума с душой – победителем выходит ум. А дальше? – Юноша вырвал свиток из рук мужчины. – Ха, бизнес! Прогорел! Помнишь? А душа понимала, что не твое это! Да слушать не стал!

— Пережил!

— А чего стоила тебе эта блажь? – Юноша печально заглянул в его глаза. – Больница, реанимация…. Если бы люди понимали, что их чаянье и надежды сбываются, лишь тогда, когда душа и разум сливаются воедино…. Ну, когда душа чего-то хочет, а разум соглашается или наоборот… не важно. Лишь тогда у человека все получается!

— Не хочу больше читать, забери, - печально вздохнул мужчина и протянул свиток. – Я тебе верю!

— Поздно, батенька пить «Боржоми»! – Примирительно сказал юноша и бросил свиток на транспортную ленту. Проследил, как тот исчез и продолжил назидательно. – Все люди, благополучно «отключают» душу. Я тоже из их числа!

Помню, жил хоть и бедно, но как-то спокойно, что ли? Радовало все: трава, цветы, букашки всякие. А затем, как подменили меня, такая злоба окутала мое естество! Работать не хотел, завидовать стал, и лишь одна мысль бушевала в голове: «Почему не я!» А тут, язви его в коленку, Федул…. Лежу себе в стогу, на небо гляжу, а он ко мне… и говорит так ласково: «Не справедлива жизнь - то! Кому все, а кому хрен да редька!» Ох, как противилась моя душа! Знала, раболепная..., вперед все чуяла!

— За двести лет поумнел? - Язвительно произнес странник.

— Кто бы говорил?! – Парировал юноша. – Ты тоже поумнеешь!

— Ладно, не обижайся, – сказал примирительно. – А Федул твой, где?

Юноша неопределенно пожал плечами.

— Ну…, - не уверенно протянул. – Вероятно, там застрял. - Кивком головы, указал вниз. – Помню, как оба, почти одновременно, оказались в темной мгле. Его выпученные глаза смотрели на меня ошарашено и испуганно. Не знаю, может и я, так же смотрел? – Юноша повел плечами. – Меня, как-то сразу, оттуда вырвали и сюда. Потом узнал, почему? Душу свою, я не успел запачкать в греховных делах. А он, поди, до сих пор там, мается, окаянный! На каторгу не за пряниками ссылали. Я его больше никогда не встречал.

— А–а–а, - протянул мужчина. – Вот почему ты на берегу сидел!

Отрок, согласно качнул головой.

— Интересное кино! – Возмутился странник. – У самого рыльце в пуху, а он меня поучает!

— Окстись! Не учу, а беседую!

— Ага…, – вдруг, мужчина замолчал, о чем-то вспомнив. – Не понял, если ты не успел нагрешить, то почему, до сих пор, тут?

— Здесь – лепота, – спокойно ответил юноша. – Давно, за свои каверзные помыслы, было мне прощение. Но я остался.

— Ой, ли? – удивленно переспросил мужчина. – Ты сам сказал, что не с кем поговорить!

— С людьми – да! Но с ангелами общаюсь каждый день!

— Час от часу не легче! - мужчина, подняв к верху руки, затряс ими. - Дурдом! Еще и ангелы!

По лицу юноши пробежала неуловимая улыбка. Он вплотную подошел к страннику и легонько подтолкнул в сторону первого зала.

— Только тихо, - еле слышно сказал архивариус.

Оказавшись в помещении с искрящими свитками, первое, что поразило мужчину - тишина. Удивительно, но она звучала! Звучала музыкой, трелью, шепотом океана. Если бы его, кто-то сейчас спросил, что он слышит? Ответил бы: «Тишину! Мелодию! И многое другое!» Непостижимо, не понятно, но так восхитительно и прекрасно! «Звенящая тишина!» - пришла догадка, и он посмотрел на юношу. Тот, опустив на мгновенье веки, подтвердил.

Еще трепеща от своей догадки, мужчина уже наблюдал за летающими из угла в угол, странными существами. Маленькие и беленькие они напоминали детей, с той только разницей, что у каждого за спиной присутствовали прозрачные крылышки. Их лица сияли красотой, а глаза излучали доброту и мудрость. «Ангелы! – поразился мужчина. – Господи, они и в самом деле существуют!» - И замер!

А тем и дела не было! Не обращая внимания на вошедших, странные существа, сновали по полкам и вынимали свитки из общей кучи. Тут же, зависая на месте, разворачивали их. Затем, словно прислушиваясь к чьим-то голосам, золотым или серебряным пером водили по свиткам. Их маленькие лица светились радостью и согласием. Иногда, мимолетно, пробегало удивление, от чего, некоторые, с детской непосредственностью, открывали рты, но добросовестно продолжали записывать.

Стоя на месте, мужчина наблюдал, как архивариус бесшумно передвигался по рядам. Многим ангелочкам, он что-то шептал на ушко, других – щекотал. Но были и такие, которые, увидев юношу, бросали свитки и летели к нему. Они, словно бабочки, кружились возле его лица, нежно задевая того крылышками, и что-то говорили. «Давно, не видались?» -возникла мысль.

Почти у самого выхода из зала, к юноше подлетел ангелочек с развернутым свитком и не довольным лицом. Тот прочел, но в ответ лишь неопределенно качнул плечом. Ангел печально вздохнул и вернуться на свое место. Архивариус, тронул легонько мужчину и указал на выход. Покинув помещение, и пребывая в изумленном состоянии, мужчина тихо сказал:

— Ангелы! – Почесав за ухом, продолжил. – Я слышал о них, но не верил!

— Напрасно!

— Уже понял, но чем они занимались?

Юный архивариус, подошел к пульту и первая дверь бесшумно закрылась.

— Не будем им мешать, - наконец промолвил юноша. – Я тебе говорил, что там, хранятся свитки живых людей. И вот, когда у кого-то, из ныне здравствующих, наступает день рождения, то его ангел записывает золотым пером все поздравления и пожелания в этот день. – Подобие улыбки коснулось лица отрока. – Ты сам видел, как ангелочки реагируют на ваши пожелания. Чего только люди не желают друг другу! Брр, умом можно тронуться!

— Есть такое.

— Так вот, ангелы все записывают, и в течение года исполняют. Потому – то, так важны пожелания, именно, в день рождения. В остальное время, ангелы просто наблюдают и записывают ваши поступки. Для этого им даны серебряные перья. Они стараются уберечь души людей, но не всегда, у милых существ, это получается, ведь владельцем души является сам человек.

— Те, ну которые тебя, как бы обнимали, - мужчина чуть замялся, - мне показалось, что вы давно не виделись…

— Прав, - меланхолично ответил тот. – Не виделись. – Вздохнул и добавил. – Эти ангелы поменяли владельцев.

— Ясно, - помрачнел мужчина. – Можно еще спросить? - В ответ, юноша лишь качнул утвердительно головой. – Тот ангел… на выходе… был чем-то возмущен.

— Еще бы! Имениннику пожелали кучу любовниц! – Юноша с подозрением уставился на мужчину. – Не ошибусь, если предположу, что и тебе такой срам желали.

— Было дело.…

— Лучше бы здоровья пожелали, не стоял бы сейчас передо мной!

— Лучше бы…

— И как? Получилось? - с издевкой спросил отрок.

Мужчина промолчал, лишь махнул рукой и грустно заметил:

— Я уже понял, и за это мне придется отвечать.

— Не совсем. – Юноша улыбнулся. – Как бы тебе объяснить? – Задумался на мгновение. – Конечно, ты своим блудом, обижал жену. Плохо! Но женщинам, тем, кто в силу каких-то причин были одинокими, ты дарил радость и любовь.

— С радостью – согласен, а вот любил я не всех.

— Знаю, кого ты любил, - Было очевидно, на кого намекал архивариус. – Я часто читаю свитки людей. Узнаю, как меняется мир, отношения к жизни и вообще, чем дышит современное человечество.

— Ах, вот почему, ты шагаешь в ногу со временем! – догадался странник. – И какие выводы ты сделал? Сделал же?

— Да, - спокойным голосом ответил юноша. – Мои выводы касаются женщин.

Мужчина, не скрывая любопытства, уставился на него, но тот равнодушно отмахнулся и тоном сочувствия и сострадания, продолжил.

— Для меня они – загадка! Я их, не понимаю! Такое чувство, что женщины всю свою жизнь тратят на ожидание. Сначала, ждут, когда из угловатой девочки превратятся в девушку с округлыми формами, потом – внеземной любви и мужчину своей мечты. Выходя замуж, ждут заботы о себе, сытой жизни, денег, ну… все по списку. – Юноша пожал тощими плечами. – Поразительно, но их счастье и семейное благополучие, существует лишь в материальном мире! Живут, исключительно умом.

— Согласен, - с облегчением ответил странник. – Я многих спрашивал: «Почему одна?» и почти все отвечали: «Мужики козлы!». А если мы такие плохие, то зачем на нас возлагать свои надежды?

— Ух, разошелся! – не слишком любезно сказал отрок. – Поэтому, ты менял их, как перчатки?

— Так сами соблазняли! – парировал мгновенно.

— Хм, - архивариус усмехнулся. Но продолжил серьезным тоном. – И женщины и мужчины забыли: «Жить нужно душа в душу!» Редкие, семейные пары придерживаются этой мудрости!

Ответить, мужчина не успел: в окне появились два ангела. Они чуточку замешкались, вероятно, не ожидали увидеть здесь, кого-то еще, кроме архивариуса. Их лица не светились радостью. Уголки губ, были скорбно опущены, а глаза полны слез и вселенской печали.

«Ангелы плачут! - возникла мысль. – Не буду им мешать». Мужчина торопливо покинул архив.

С площадки открывался удивительно живописный вид. Сверху, словно прорезая облака, били желтые лучи. Падая на бирюзовый цвет, они превращали округу в ярко зеленый земной цвет. На первый взгляд казалось, что появились тени, но приглядевшись, мужчина понял, что это лишь игра света, забава желтых лучей. Всюду были люди. Много. Они странным образом создавали компании, и казалось, что у каждой группы свой пикник. Соседство было крайне близким, но они не мешали друг другу, наоборот – были весьма учтивыми и очень спокойными.

Единственное, что отличало людей в компаниях - внешний вид: одни – плотные, другие – прозрачные. Мужчина поднял руку и посмотрел сквозь нее: «Понятно, - догадался он. Его рука просвечивалась. - Плотные, как архивариус - предки, давно ушедшие, а такие, как я….»

И снова, додумать мужчина не успел: перед ним, словно ниоткуда, появился ангел. Милый симпатяга завис перед его лицом, заложив рука за руку и не моргая, уставился в его глаза.

— Насмотрелся уже, - как можно нежно проговорил мужчина. Но вдруг, словно перехватив дыхание, хрипло добавил. – Ты мой ангел…

Ангелочек утвердительно качнул головой.

— Я тебя жалел.

— Прости, я не верил, что ты есть.

— Я любил твою душу. Она добрая и всепрощающая.

— Вероятно это так. Я чувствовал здесь, - мужчина указал на грудь. – Чувствовал тепло и любовь.

— Почему не слушал ее?

— Я хотел быть счастливым. Только оказавшись здесь, понял: земная жизнь и есть счастье.

— Отчасти. Счастье – мир в душе и понимание самого себя.

— Мне не досуг было – столько проблем и неприятностей!

— Хм, они даются лишь тем, кто отдал свою душу во власть злобы, зависти и обмана. Кто, получив пощечину от судьбы, не пытался понять - «почему?». Не менял себя, свое мировоззрение, а требовал это от других. Винил кого-то в своих несчастьях; жалел и оправдывал только себя.

— Так все живут!

— Все. Только начинать важно с себя! Ты опоздал!

— Уже понял, - печально вздохнул мужчина. – Ты меня покидаешь?

— После сорокового дня.

— А потом?

— Потом, мне, как и тебе на Суд Божий.

— А тебя – то за что?

— За то, что твоя душа, за прожитую тобою жизнь, не летала в облаках!

Милое создание, взмахнув прозрачными крылышками, улетело восвояси. Снова, как в темно - фиолетовом тумане, мужчина почувствовал безнадегу и отчаянье. НИКОГДА не исправить! НИЧЕГО не вернуть! Лишь сейчас, находясь в ином мире, он почувствовал глубину этих слов. При жизни, не задумываясь, бросался ими, без повода, не вникая в их значения. А тут, вдруг снизошло! Пустота и безвремие – настоящий смысл этих слов!

— О! Ты разговаривал со своим ангелом. – Голос архивариуса вывел мужчину из ступора.

— Мне бы лет так тридцать с хвостиком не беседовать еще с ангелами. – Мужчина улыбнулся неестественно бодрой улыбкой, но взгляд его был одновременно растерянным и настороженным.

Архивариус, наверное, громко рассмеялся бы, при виде того, как на мужском лице, вдогонку, друг за другом, менялись гримасы. Но вовремя вспомнил, что выражать свои эмоции им не полагалось. Серьезность и рассудительность – вот те два «слона», которым определялось существование служителей.

— Вот же… - лишь буркнул он. – Задавай свой вопрос. Вижу, как тебя распирает от любопытства.

— Есть такое, - сказал мужчина. – В наших рядах пополнение?

— Да, - тяжело вздохнул отрок. – Все никак не привыкну… ангелов жаль.

— А людей, не жалко?

— Нет. У людских душ может быть несколько жизней.

— Слышал об этом, но мне нравится мое тело, которое валяется сейчас где-то, бездыханное. А куда и в кого переселится моя душа - не интересно. Это буду не я!

— Не ты, - изрек юноша ничего не выражающим тоном. – Хочешь навечно быть в этом образе? Будь! Правда, без плоти и всех земных утех…

— Именно, без утех! Эх, вернули бы меня обратно… месяц бы пил, гулял и женщин любил, всех подряд!

— Эка тебя переклинило! – искренне удивился юноша. – О грехе перед женой, чай забыл?

— То грех не велик, да и честно признаться – так и не смог ее полюбить. Старался, правда. Жили хорошо, а вот сердце так и не успокоилось: ту первую помнило. – Вдруг мужчина замер на мгновенье, и заговорчески произнес. — Слушай, а может, посмотрим свитки других? Ну, жены, например, или ….

— Ну, ты и хват! – Легко возмутился юноша. - Чего их читать? Поверь мне, женские свитки полны разочарованием и отчаяньем. Может так случится, что прочитав свиток жены, ты узнаешь, что все годы не любила тебя, а лишь терпела.

— Конечно! – с показным превосходством ответил странник. – Еще как любила! Всю жизнь ревновала меня к той, другой! Я же чувствовал.

— Ну, коли так, снимаю шляпу, - жестикулируя, снял невидимую шляпу.

Отвечать мужчина не захотел. Не пришло еще к нему осознание случившегося, или просто противился такому осознанию, не желал признавать, что суть его теперь вовсе не человеческая. Кто кого любил или ревновал, стало уже, не важным.

— Ладно, - не выдержал отрок. - Попросишь любого ангела - притащит. Все, поначалу, только чтением и занимаются, но потом надоедает. Чего следить за тем, что нельзя исправить? Правда, некоторые, заглядывают в свитки родственников, мало ли что? Потом через сон дают подсказки.

— Выходит, что свитки жизни, это – судьба? Судьба, которую пишут ангелы?

— Ошибаешься, странник! Каждый человек пишет свою судьбу сам. От рождения до самой смерти, людям дается несколько вариантов, дорог, как вы называете. И как прожить, и что делать – выбор каждого! Даже смерть дается на выбор! Ты же не будешь отрицать, что в жизни у тебя были такие моменты, когда казалось – вот он конец?

— Было и не раз, - серьезным тоном ответил мужчина. – Ангел меня спасал?

— Не совсем. Ангел помогал, а спасал ты себя сам! Стоя, на краю пропасти, ты своими мыслями, верой в будущее, и главное уверенностью, сам тянул себя.

— Так почему сейчас я себя не спас!

— Потому что существует последняя черта. Уже при рождении, человек имеет свой жизненный отрезок, срок. И как бы ты не хотел, но последняя дата есть у каждого!

— Мало! – Отчеканил странник. – А кто, ну кто решает, сколько и кому жить? Какой всесильный, постановил, что мне достаточно - 56 лет?! Вот, лично мне?! Почему, кто-то доживает и до ста? По каким критериям судят? Я что рожей не вышел или у меня хвост сзади? Подло, не справедливо! Почему, бомж, которого я видел на днях возле мусорки, живет? Кому нужна его жизнь, что в ней хорошего? Он здравствует, а я… отец, сын, муж… работал, кормил, содержал… тут!

Если предположить, что тело мужчины осталось там, в земной жизни, а здесь находится лишь его душа, то она кричала. Выла от несправедливости и безисходности. Бедная, бедная… не могла и не хотела, мирится. Разрывалась на части, и казалось, еще чуть-чуть и она лопнет, как воздушный шар. Право же, лучше разлететься в клочья, никогда не ощущать разлуку с собой, с тем миром, где ты был мужчиной воплоти. И чудесно, если эти клочья разбросает по всей Вселенной, лишь бы не чувствовать боль утраты и пустоты.

Юноша старался успокоить мужскую душу, но тщетно: та вырывалась и бесилась. К месту, и ко времени, вдруг вспомнил, как сам, двести лет назад, а может и больше, находился в таком же положении, где волны отчаяния мешали примирению с действительностью. На помощь пришли ангелы. Да! Ангелы! Вот, кто успокоит мужчину!

Оставив того на площадке, архивариус метнулся в дом.

Вскоре, появились ангелы. Они стремительно вылетели из дверей и окон. Целая армада милых существ, словно пчелы, набросились на мужчину. Они облепили его с ног до головы, тихо шурша крылышками, и бесконечно ласково проговаривая: «Мы тебя любим!» В глазах ангелов светилась радость и надежда. Было еще что-то, чего мужчина не мог понять, но тепло и сочувствие, как доброе вино разливалось и достигало самых дальних уголков его души. Согласие и мир окутало все вокруг! Мужчина хотел закричать от восторга, но ангелы нежно касались его губ, давая понять, что он еще не готов. Важно чуточку потерпеть и грусть уйдет, а действительность, станет раем и благостью. «Ну и что, что жизнь моя земная завершилась, - наконец вернулось возможность соображать, без истерик и злости. – Любовь и здесь есть! Я верю в нее, я полон ее!»

Ангелы еще немного покружились и улетели в дом.

Архивариус, подошел к нему и положил руку на плечо.

— Многие не соглашаются с реальностью, не ты один! Меня, первое время, тоже не покидала истерика. Прошло. Вот встретишься со своими близкими, давно почившими, и все образуется.

— Сейчас? – взбодрился мужчина.

— Терпение, - улыбнулся в ответ. – Уж, прости, но тебе пора.

— Куда?

— Я же тебе говорил, забыл? На свои похороны.

— Ой, да ну их, мне по барабану, - слишком безразлично ответил странник.

— Э… нет… так заведено! Мы не во власти, что - либо менять.

Странник отчего-то напрягся и заволновался.

— Ты чего? – удивился отрок.

— Я хоть красивым буду лежать в… этом… гробу? – запинаясь, спросил он.

— Увидишь! – юноша улыбнулся.

— Скажи, а правда, что время «лечит»?

— Нет! – Уверенным голосом ответил отрок. – Время, столкнувшись с людской памятью – становится бессмысленным, поверь мне.

— Хорошо, если так…, значит, меня будут помнить.

— Не тревожься, - успокоил отрок. - Слушай, я до сих пор не знаю твоего имени!

— Павел, а ты?

— Игнат. Вот и познакомились.

— А мы еще встретимся? – с надеждой в голосе спросил странник.

— Конечно. – Сказал архивариус и указал на людей в долине. – Все они ждут своей участи. И не год, не два… очередь медленно движется. Но всем нам дана возможность общаться, существовать. Скажу больше – путешествовать!

Вернешься, и если будет у тебя желание, то можем слетать куда-нибудь… да хоть на край света!

— Здорово! А что там?

— Не знаю, но с тобой полечу!

— Договорились! – мужчина подал руку. Юноша, чуть замешкавшись, протянул свою ладонь. - О, ты далек от рукопожатия! – И накрыл худую руку архивариуса. – Вот так, настоящие мужчины скрепляют союз!

— Ты мне понравился! – произнес смущенно архивариус.

— Я всем нравлюсь! Сплошное обаяние!

— Слишком заносчив, но это с веками пройдет! – съязвил тот.

Мужчина хотел ответить, но внезапно появился его ангел.

— Вам пора! – улыбнулся отрок.

На площадке, возле небесного архива, стоял одинокий юноша в белом балахоне. Он взглядом провожал двух ангелом: взрослого мужчину и маленького ребенка.

— Я буду ждать…, — шептал им вслед.



Конец


Продолжение следует…